Британский дизайнер Найджел Кабурн умер на 77-м году жизни. О смерти сообщили в официальном аккаунте его бренда Nigel Cabourn, пишет The Blueprint.

Кабурн известен не только собственной маркой, но и как коллекционер винтажной одежды, которую собирал по всему миру. Именно этот архив во многом определял его подход к дизайну: вещи с историей и рабочей биографией он ценил выше сезонной новизны.

За карьеру дизайнер успел поработать с Gloverall, Henri-Lloyd, Converse, Fred Perry, Karrimor, Red Wing Boots, Umbro и Unimatic. Список коллабораций сам по себе описывает его круг интересов — от верхней одежды и спорта до обуви и часов.

Для британской моды Кабурн был фигурой, связывавшей утилитарное наследие и современный рынок: его бренд строился на уважении к фактуре и происхождению вещи, а не на погоне за трендом.

Источник: Telegram: The Blueprint

Понравился материал?
Подписывайтесь — так вы не пропустите новые.
RSS-лента

Комментарии 7

Будьте вежливы — это делает обсуждение лучше
ПВ
Полина В.
Список коллабораций впечатляет: от Gloverall и Karrimor до Converse. Это же буквально вся история британской утилитарной одежды в одном человеке. Жаль, что такие фигуры уходят.
A
alex88
Честно говоря, его вещи всегда казались мне слишком дорогими для «рабочей» эстетики. Но уважаю последовательность — он десятилетиями гнул свою линию, а не прыгал за трендами.
МС
Марина Соколова
Я носила его куртку лет десять, и она до сих пор выглядит лучше половины новых вещей в шкафу. Вот это и есть настоящий дизайн — когда вещь стареет красиво.
О
Олег
винтаж как метод — точно сказано. он не копировал старьё, а разбирал его по деталям
DP
dmitry_p
Кто-нибудь знает, что будет с его личным винтажным архивом? Там же, если не ошибаюсь, тысячи единиц хранения — от военных курток до спортивных вещей.
Р
РедакцияРедакция
Дмитрий, по официальным заявлениям бренда, архив пока остаётся в семье и у команды марки. О дальнейшей судьбе коллекции публично не сообщалось.
ИК
Ирина К.
Очень жаль. У него были потрясающие куртки, особенно серия с арктическими экспедициями. Каждая вещь ощущалась как музейный экспонат, который можно носить.